← К статьям


Зачем бессознательному ребенка отец?

опубликовано 18.08.2019

80% спектра всех отношений человека с реальностью зависят от особенностей контакта с матерью, остальное же подпитываетсяотцом.И  именно благодаря этой незначимой двадцатке бессознательное ребенка пробирается к индивидуальности и выстраиванию собственного Я.

С учетом основных периодов развития психики отцу предъявляются следующие требования:

1. Холдинг ("удерживание") диады матери и младенца. Порой со стороны кажется, что после родов женщина сливается с младенцем и в муже нуждается исключительно как в доноре денег и подгузников. У всех, конечно, на внешнем уровне происходит по-разному, однако общим внутренним процессом является бессознательная насыщенность диады «мать-дитя» острыми тревогами, поскольку каждый из участников пары на данном этапе воспринимает другого как  продолжение себя, а эмоции и переживания перетекают по замкнутому кругу. Холдинговая функция отца - это балансирующая внешняя опора, способная "выдерживать" тревоги диады. Если отец отсутствует или в силу собственных эмоциональных трудностей он не в состоянии вынести переживания супруги, то с женщиной происходит то же самое, что и с надолго запертым в пустой комнате человеком:  она то зацикливается на ребенке, то резко отстраняется из-за усталости и эмоционального истощения, «нападая» при этом навязчивым уходом, который маскирует чувство вины и  временную неприязнь, к материнству. Часто мужчины после появления в доме младенца ощущают себя отвергнутыми, либо испытывают скуку, общаясь с ребенком, не проявляющим пока заинтересованности. Есть исследование реакций малыша на разных людей. Вплоть до полугода ребенок воспринимается отца в диапазоне между "незнакомцами" и "знакомыми" ближе к первым, в этот период признается лишь мать. Но успокаивающее присутствие мужчины рядом окупается лишь через несколько лет эмоциональной стабильностью ребенка, не “зараженного” материнской тревогой.

2. Разделение симбиотической диады ребенка с матерью. К возрасту 2,5-3х лет приоритетной задачей психики малыша становится отделение от материнской фигуры и выстраивание собственной личности. Функция отца - помочь диаде распасться.

Во-первых, если родители пребывают в крепком партнерском союзе, то женщина без сопротивления позволит ребенку нащупывать автономию, проявлять здоровую агрессию, познавать мир и отстаивать себя. Когда семейные отношения основаны на отчуждении родителей, страхе женщины перед одиночеством, парадоксально что при этом муж ощущается как "чужой", то опорой невольно становится ребенок.  Бессознательным условием материнской любви оказывается  полное соответствие малыша материнским ожиданиям.

Процесс индивидуации блокируется и искажается в угоду бессознательным нереализованным желаниям матери. Во-вторых, отец своим присутствием рядом становится тем "нормальным" третьим, на которого возможно опереться, отделяясь от материнской фигуры. Балансировать теперь необходимо не диаде, а ребенку, который как молодой олененок еще шатко делает первые шаги, но утопает в диффузной тревоге и перед неизведанным миром, и перед потенциальным возвращением в симбиотическую диаду, которая после начала процесс разделения бессознательно ассоциируется с поглощением и исчезновением собственного Я.

3. Гендерное формирование. Непрофесcионально говорить об эдиповом периоде (3 - 7 лет) кратко; он состоит из двух подфаз и предлагает девять вариантов его прохождения.  Лаконичная версия общеизвестна: ребенок испытывает ненависть к родителю своего пола и "влюбляется" в родителя противоположного пола. Милые попытки девочки поцеловать папу в губы и фантазии мальчика о женитьбе на маме на внешнем уровне маркируют внутренний эдипов процесс.

Задача психики - одержать эдипово поражение. Мальчик сталкивается с данностью того, что мать как женщина принадлежит ненавистному отцу. Его психика через механизм бессознательной зависти совершает рывок и идентифицируется с отцом-мужчиной, дабы иметь возможность, как и тот, обладать собственной женщиной. Идентификация происходит не "копированием", а принятием возможности быть зрелым мужчиной в отношениях со зрелой женщиной. Девочка обнаруживает любовь папы к жене, а не к себе, но эта травма запускает процесс идентификации с матерью как с женщиной.

К семи годам у ребенка благодаря эдиповому процессу окончательно формируется гендерное самоощущение. Если эдипов конфликт не разрешается, то происходит эдипова победа. Мальчик, не сумевший идентифицироваться с отцом (например, если семья неполная или отец слабый, незаинтересованный, "под каблуком", либо же он агрессивный, властный, жестокий, доминантный, что вызывает страх, а не потребность в идентификации), так и остается влюбленным "фаворитом" матери, который одновременно испытывается ненависть и зависть к мужчинам. Если в доэдипальном развитии психика сына не сумела выйти из симбиоза, то ранняя принадлежность матери осложнится желанием быть "ее мужчиной"; новой женщине места не найдется. Такой человек, вступая в отношения, начнет их скоро разрушать, поскольку, во-первых, его психика стремится вернуться к первичному объекту-матери, даже если контакт с ней в жизни дисфункционален, а, во-вторых, в подругах будет подозревать "угрозу", связанную с его страхом быть удержанным. Если доэдипово развитие оказалось благополучным, то мужчина с эдипальной констелляцией окажется способным на длительные отношения с пунктиком адюльтера: жена им воспринимается в качестве идеальной матери (родная "мама-женщина" уже есть, значит нужна "мама-мама"), любовница становится женщиной. Кроме того, привычку жить в эдиповом треугольнике (сын + мать против третьего) не спрячешь.

Подрастая, девочка, не сумевшая идентифицироваться с матерью, живет с шатким чувством женственности. Внешне она может быть мощной, сексуальной, активной, на бессознательном уровне ей будет тяжела роль жены и матери. Движущими силами станут ненависть к женщинам и желание обладать мужчинами (всеми), причем с параллельной конкуренций с каждым полом. Идентификации с матерью не происходит по разным причинам, в том числе, когда мать отцом не любима, она депрессивна, мазохистична и даже если привлекательна и интересна, то атакующая и вызывающая. Девочка фиксируется на влечении ко отцу и во взрослом возрасте не находит в своей жизни места для мужчины. Если доэдипальное развитие оказалось проблемным или же отношения с мамой тяжелыми и болезненными, то в психике цементируется чувство вины и за "покидание" матери, и за эдипову вражду. В итоге, такой женщине будет сложно выстраивать отношения с маскулинным мужчиной, поскольку поиск замены матери и "хранение" вакантного места, предназначенного для отца приведет ее к союзу с феминным человеком, которого она постепенно начнет разрушать. При благоприятном доэдиповом развитии и эдиповой констелляции женщина сможет создавать долговременные отношения все-таки с феминным мужчиной и облигатными "выгулами" на сторону.

Примеры, которые я привожу это конечно крайности, ведь на особенности построения отношений влияет множество иных разнообразных факторов.

4. Выпуск подростка из гнезда. Часто семьи, основанные лишь на родительской роли супругов, распадаются после взросления ребенка. Для психики подростка это губительно и формирует глубокое чувство вины, взросление ассоциируется с разрушением. Этот паттерн проявляется в страхе отстаивать мнение, менять работу, развиваться ("как же я брошу коллектив", "подведу начальника", "разведусь" и т.д.). Такой ребенок уже с детства бессознательно ощущает бремя ответственности за сохранение семьи и после развода родителей он виноват двойне - не удержал. Порой находится лазейка - "выдавание" внуков для скрепления их пары, но человек все равно зажат и едва ли способен к собственной автономной жизни.

Мы развиваемся из психических лишений. Психика ребенка обязана испытать разочарование от факта близости матери и отца - тогда распадается симбиоз и формируется собственное

Я. Ребенок должен пережить ненависть и влечение к родителям, чтобы проиграть в эдиповой борьбе и сформировать собственный психологический гендер. Подросток вынужден увидеть немолодых родителей вместе, чтобы почувствовать себя по-хорошему "ненужным" и спокойно покинуть гнездо.

Во всей этой цепочке отец всегда второстепенный, но именно он позволяет нам развиваться, иначе бы психика застыла в симбиотическом сопении под всемогущей грудью, что, конечноже, прекрасно, но исключает психологическое выживание во взрослом мире.

"Внутренний отец" формирует границы, четкость, самоопределение - то, что невозможно выстроить в соединении с матерью. А "внешний" нужен как ее друг, мужчина и спутник. Поэтому совместная жизнь супругов - это не только ролевое родительство и быт, а ежедневная поддержка друг в друге мужчины и женщины. Только оказавшись равноценными партнерами люди способны воспитать психологически простроенного ребенка, наделенного собственной индивидуальностью. Отец при этом скрытая, но ключевая фигура на всем пути взросления.

Татьяна Поддубная, индивидуальный и семейный психотерапевт.

Поддержать фонд можно здесь.

Информация предоставлена благотворительным фондом "Шанс".

При републикации ссылка на источник обязательна. Спасибо!